Что случилось с экономикой 29 января

В этом еженедельном экономическом дайджесте «Спутника и Погрома»:

— Центробанк вошёл во вкус: регулятор собирается проверять и получить право блокировать любое изменение структуры собственности в крупных финансовых организациях.

— На тяжелых наложат тягло: Минпромторг начал новый этап борьбы с металлургами и угольщиками за введение утилизационного сбора (и да, подумайте над тем, как утилизируют металл).

— Агентство по страхованию вкладов кошмарит население: инсайдеров-пенсионеров нужно лишить вовремя изъятых из банка-банкрота средств!

— Увидели слабость: Силуанов и Орешкин в один голос раскритиковали мировые рейтинговые агентства за предвзятость в отношении РФ.

Классическая дилемма из заголовка встает перед большей частью российского финансового сектора. На днях Центральный банк в лице первого заместителя председателя его правления Щвецова объявил следующее: «Мы считаем, что ЦБ должен не только согласовывать приобретение крупного пакета акций, но и следить за сменой контролирующих акционеров, а может быть и иметь право вето», цитата по «Ъ». По мнению господина Щвецова и остального правления регулятора, все проблемы в банковском секторе сохраняются до сих пор потому, что Центральный банк имеет всё ещё недостаточное количество полномочий. Это приводит к неожиданным для него изменения структуры собственности в крупном банке, страховщике или фонде, за которыми следует изменение политики этой организации. И часто такая ситуация способствует тому, что действующая финансовая модель меняется, а новая становится не такой успешной — и бедному регулятору приходится вмешиваться, чтобы предотвратить очередной крах. Как думает господин Щвецов, если ЦБ сможет заранее блокировать потенциально плохих, по его мнению, собственников, то финансовый сектор в России станет значительно стабильнее и устойчивее.

...

Кажется, даже далекий от сферы финансов читатель интуитивно поймет, что предложенная ЦБ мера выглядит крайне сомнительно. Так же считает большинство экспертов в области, комментарии которых не заставили себя ждать. Основные аргументы «против», которые уже успели выразить представители «Эксперта РА» и АКРА — ограничение прав собственности в реализации своих долей и возможность ошибочных суждений самого регулятора. В ответ сторонники нововведения поют знакомую всем песню про «честным опасаться нечего». Опуская саму моральную составляющую, можно смело сказать, что Центральный банк по-настоящему заигрался во власть и теперь использует риторику сильного и правого во всём, ставя весь остальной сектор в подчиненное положение. Точно так же исполнительная власть, которая спустя определенное время несменяемости трансформирует свою функцию поддержания порядка в формулу «я — порядок», Центральный банк желает получить не просто контроль, а право верховной власти на всем финансовом рынке. И реализуется это в классической форме — ограничением права собственности (в данном случае идёт речь о распоряжении).

Интересно, что такие серьезные амбиции строит организация, которая и так находится в предельно выгодном положении и предельно простых условиях. Российский финансовый, а особенно банковский сектор сильно монополизирован и следить за ним уж точно проще, чем за развитыми рынками западных стран. Половина крупных банков — Сбербанк, «Открытие», «Промсвязьбанк», «Бинбанк» — и так находятся под непосредственным контролем ЦБ, ещё часть так или иначе связана с правительственными структурами, и более-менее независимыми остаются единицы, причем большая часть которых — дочерние банки иностранных финансовых институтов. Поэтому оправдания вроде «сейчас ЦБ согласовывает приобретение долей от 10%, но если пакет разбит на меньшие группы, то ничего сделать мы не можем» абсолютно неприемлемы, а возможно и откровенно лживы. Во-первых, такая формулировка ставит под вопрос эффективность регулятора — даже если согласие не требуется, ничего не мешает ЦБ предварительно анализировать любую сделку, направлять запросы и, в общем-то, исполнять свои обязанность. Во-вторых, если ЦБ подозревает «нечестность», то помимо выпуска официальных заявлений и рекомендаций его представители всегда могут подать в Арбитражный суд, где и будет установлена правомерность сделки. Нечего и говорить про огромное количество неформальных рычагов, которыми регулятор может пользоваться в любой момент (и, без сомнений, пользуется и сейчас). Всё, что хочется выше этого, уже выглядит не как желание соблюдать закон, а как желание его устанавливать, причем в удобную для себя сторону. Такая «сицилийская» инициатива, кстати, в здоровом государстве должна вызывать интерес у противников коррупции — интересно посмотреть, что скажет соответствующая экспертиза, если заявление Швецова все-таки попытаются оформить юридически.

Словом, нехватка нынешнего весьма широкого инструментария говорит либо о неумении им пользоваться, либо о некоем сильном противодействии. Второй вывод сомнителен: для его подтверждения следует принять на веру, что финансовые элиты в России находятся в состоянии активной конкуренции и движения, но это мягко говоря не так (да и банальные движения денежных средств говорят об этом). Либо правила действительно начинают меняться из-за экономических проблем и политической нестабильности, либо ЦБ не справляется сам по себе — выбирайте любое суждение на ваш вкус. Факт остается фактом: регулятор играет в pine-pineapple-apple-pen как хочет (см. недавнюю историю с «Промсвязьбанком» и новую с объединением «Открытия» и «Бинбанка») и не собирается останавливаться. Почему вдруг Набиуллина, Юдаева и Швецов стали умнее и честнее всего рынка и тем более представителей крупного финансового бизнеса — большой вопрос. А ещё больший — считают ли так сами представители и инвесторы? Нет гарантии, что их спросят.

Министерство промышленности и торговли вернулось к идее ввести утилизационный сбор для предприятий металлургии, металлодобычи и угольной промышленности. Как сообщает «Ъ», старую задумку ведомства поддержал вице-премьер Дворкович, поручивший правительству проработать механизм начисления и взыскания. Речь идёт об утилизации оборудования, которая может выражаться во включении сбора в цену продажи новых машин либо непосредственной уплате перед процессом. При небольшом осмыслении выходит, конечно, каламбур — очевидно, что металлурги и угольщики, как правило, имеют необходимые мощности, чтобы заниматься утилизацией самостоятельно. И потому платить за неё на любом этапе — это всё равно что платить налог на самого себя (а по определению просто новый косвенный налог). В правительстве это прекрасно понимают, но всё-таки настаивают на идее, потому что она преследует несколько другие цели, нежели просто собрать больше денег с бизнеса. Ну или просто нашли удобное обоснование.

blog comments powered by Disqus

Добавить комментарий



О проекте Спутник

"Спутник и погром" - Американско-израильский информационный проект по высмеиванию революционной ситуации в России 2014 года. Активно публикует уникальные материалы с целью вызвать национальную ненависть среди русскоязычного народа.

Последние новости

 

Революция 5.11.2024