Инфокоммуникационный кодекс: радоваться нечему

В конце прошлого года в профессиональных кругах начали все настойчивее курсировать слухи о разработке нового кодекса, который будет призван регулировать сферу телекоммуникаций. Так бы и оставалось это на уровне слухов — такие попытки предпринимались ранее уже неоднократно, но после новогодних праздников эта информация начала получать все больше подтверждений, обрастать деталями. Сегодня уже можно смело говорить о том, что проект Инфокоммуникационного кодекса находится в разработке. Первую версию обещают показать публике в апреле, соответственно, с определенной долей уверенности можно говорить о том, что после первичного обсуждения весной-летом проект будет доработан и, скорее всего, представлен на рассмотрение законодателей уже в ходе следующей, осенней парламентской сессии. Таким образом, с довольно высокой долей вероятности Кодекс начнет действовать уже в следующем году. Проект пока не находится в открытом доступе, но по имеющимся прямым и косвенным свидетельствам можно сделать ряд выводов о том, что ожидает нас в самое ближайшее время в сфере информации и телекоммуникаций.

На данный момент речь идет о разработке и принятии фундаментального законодательного акта, который ляжет в основу нормативной базы для регулирования отношений в сфере телекоммуникаций и обмена информацией. Инициатором проекта выступил Медиа-коммуникационный союз (МКС) — лоббистская организация, созданная крупнейшими телеком-операторами, и далее по тексту ей будете уделено отдельное внимание. Организация существует всего несколько лет и не особо активно фигурирует в публичном поле, но будьте уверены — с их деятельностью и инициативами вы прекрасно знакомы и сталкиваетесь в повседневной жизни. Непосредственно разработкой проекта кодекса занимается аж целая Boston Consulting Group — одна из крупнейших (а иногда и становящаяся крупнейшей) консалтинговая компания в мире. По неподтвержденным, но довольно правдоподобным данным, за эту работу исполнителям было заплачено более полумиллиона долларов. Также в разработке проекта участвует Экспертный совет при Правительстве РФ. Безусловно, с такими лоббистскими возможностями и после таких вложений только в техническую часть вероятность того, что дело не будет доведено до конца и кодекс не будет принят — минимальна, поэтому о вступлении кодекса в силу мы можем говорить уже практически как о свершившемся факте.

Предполагается, что новый закон кодифицирует все нормы, регулирующие на данный момент отношения в сфере хранения и передачи информации, или по крайней мере большую часть этих отношений. Инициаторы проекта считают (надо сказать, небезосновательно), что действующая нормативная база сильно устарела и нуждается в капитальной переработке. Кроме того, эта самая нормативная база к сегодняшнему дню приняла совершенно монструозный вид и включает в себя, без преувеличения, сотни законодательных актов разных уровней — от отдельных норм Гражданского кодекса до ведомственных инструкций и распоряжений. В результате работа с информацией, с одной стороны, чрезвычайно зарегулирована, а с другой стороны, когда речь заходит о решении конкретных проблем — оказывается, что решений нет, законы друг другу противоречат, и проблемы начинают возникать уже на стадии оценки того, возможно ли реализовать тот или иной проект хотя бы теоретически.

Такая позиция не лишена оснований, но все-таки порождает ряд вопросов. Многие участники рынка и многие правоведы считают, что передача информации — сфера жизни, конечно, важная, но слишком узкая для того, чтобы создавать для ее регулирования целый кодекс. Вполне можно обойтись унификацией применяемой в действующих законах терминологии и дальнейшем их совершенствованием. Во-вторых, ни один кодекс не снимает всех вопросов, возникающих в той или иной сфере — даже положения Гражданского кодекса, четырехчастной махины на полторы тысячи статей — нуждаются в пояснениях и дополнениях, содержащихся в специализированных федеральных законах, что уж говорить о кодексах существенно меньшего масштаба. Таким образом, велика вероятность того, что работа будет проделана впустую, и вместо упрощения и унификации законодательства в сфере информации мы получим еще один плохо работающий закон.

Но интересно во всей этой истории не то, насколько хорошо кодекс будет исполнять свои прямые функции (в конце концов, отраслевая возня интересует только тех, кто к этой отрасли причастен), а то, кем и зачем этот кодекс инициирован и продвигается. И вот здесь уже есть повод для пусть преждевременных, но обоснованных опасений.

Как уже сказано выше, инициатором создания кодекса и заказчиком его разработки выступил Медиа-коммуникационный союз (МКС) — организация, основанная в 2012 году крупнейшими интернет-провайдерами, операторами связи и медиамагнатами. В числе учредителей — «Газпром-Медиа», «Ростелеком», «МТС», «Билайн», «Мегафон», ТТК и еще ряд компаний сравнимого калибра. Организация не особо часто фигурирует в новостных сводках и не особо известна за пределами интересующихся информационной отраслью, но не стоит обманываться внешней неприметностью: в отличие от большинства ассоциаций, партнерств, союзов и прочих рабочих групп, МКС обладает огромными лоббистскими возможностями и огромным административным ресурсом в виде прямых контактов с высшим руководством страны. Даже не учитывая список учредителей, выводы о возможностях МКС можно сделать на основании простых фактов: член правления МКС Сергей Петров возглавляет Институт развития интернета (ИРИ) — организацию, созданную по личной инициативе Вячеслава Володина и лично им курируемую через Германа Клименко, «советника президента по интернету», а инициативы МКС еще задолго до их внесения на рассмотрение законодателей рассматриваются Экспертным советом при Правительстве — то есть медведевским «Открытым правительством».

МКС, как и положено отраслевому союзу, занимается лоббированием интересов своих учредителей, и занимается этим успешно — учредители довольны. Чего нельзя сказать о, собственно, всем остальном населении страны. Как я уже говорил выше, с результатами работы МКС практически каждый активный пользователь Сети сталкивается постоянно и будет сталкиваться всё чаще и чаще: самыми известными из реализованных на сегодняшний день инициатив МКС можно назвать поправки в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и защите информации», более известных как «Закон об онлайн-кинотеатрах». Эти поправки запретили иностранным гражданам и юридическим лицам владеть «аудиовизуальными сервисами» на территории России — проще говоря, любыми интернет-сервисами с посещаемостью более 100 000 человек в сутки (за исключением сайтов СМИ, соцсетей, поисковых систем и видеохостингов). Закон ожидаемо позиционировался как защита отечественного производителя и защита от нежелательного контента («защитим детей от фашизма и порнографии»). По факту он был направлен на то, чтобы, во-первых, выдавить с рынка небольшие проекты и независимых игроков, во-вторых, для того, чтобы перевести видеосервисы под контроль Роскомнадзора (теперь они учитываются в отдельном реестре) и, в-третьих, для блокировки неугодного контента — теперь видеосервисам запрещается транслировать передачи каналов, не зарегистрированных в России в качестве СМИ. В итоге интересы медиамагнатов по переделу рынка онлайн-видео идеально совпали с интересами действующей власти в части ужесточения контроля за видео в интернете и неугодными независимыми СМИ — крупные игроки избавляются от конкурентов, а власть получает дополнительные механизмы контроля и блокировок.

Второй известной инициативой МКС стал еще один пакет правок в вышеназванный ФЗ «Об информации…» («действующий», к слову, с 01 января 2018 года), известный в СМИ как «Закон о деанонимизации мессенджеров и запрете VPN». Именно вокруг этих правок разгорелся конфликт между Роскомнадзором и основателем Telegram Павлом Дуровым. В соответствии с новыми правилами, владельцы мессенджеров становятся «организаторами распространения информации» и учитываются Роскомнадзором в отдельном реестре (как вы заметили, РКН очень любит реестры). Декларируемой целью закона называлась борьба с терроризмом, отмыванием денег, добытых преступным путём и прочим криминалом, а также (естественно) защита детей от порнографии, по факту же речь шла о том, чтобы обязать мессенджеры работать в России через сотовых операторов по схеме «регистрация по номеру телефона — СМС с подтверждением». Абсолютно очевидно, что регистрация в мессенджере через паспортные данные, к которым привязан номер сотового телефона, никоим образом не помешает преступной деятельности (много вы видели преступников, которые сим-карты на себя регистрируют?), зато выстроит очень удобную цепочку, в которой на любом из этапов сотовый оператор может воздействовать на мессенджер — в том числе и получать деньги по обязательному договору. Провайдеры считают, что мессенджеры и любые другие средства коммуникации являются прямым воровством денег из кармана оператора — нередко прямым текстом заявляется, что мессенджеры неплохо бы обложить какими-либо взносами за то, что они (якобы) бесплатно пользуются инфраструктурой сотовых операторов. И здесь интересы сотовых операторов снова совпали с интересами власти: оператору — возможность воздействовать на работу мессенджеров и получать с их деятельности какие-никакие деньги, а власти — возможность контролировать переписку граждан и блокировать неугодных по произвольному решению, а также требовать от мессенджеров выдачи любой интересующей информации под угрозой наказания через Роскомнадзор.

Попутно с этим под шумок были проведены и поправки о запрете использования средств обхода блокировок Роскомнадзора. Разумеется, в целях борьбы с терроризмом, наркотрафиком и порнографией. С той лишь проблемой, что средства анонимизации нужны не только для терроризма, но и для чтения разной запрещенной литературы. Роскомнадзору виднее, что вам читать нужно, а что — нет.

В общем, сплошная выгода. Всем, кроме граждан, разумеется.

Конечно, наивно было бы считать, что с грядущим коммуникационным кодексом подход к законодательной инициативе хоть как-то изменится. Проекта в открытом доступе нет, но даже по просачивающимся данным становится очевидно, что тенденция телекоммуникационно-государственного win-win продолжится и здесь. Например, стало известно, что проект закона дает провайдеру возможность сортировать трафик и давать ему приоритет по собственному усмотрению. Декларативно — в целях повышения качества обслуживания, оптимизации в моменты пиковых нагрузок на сеть и предоставления приоритетного доступа к жизненно важной информации. На практике можно с практически стопроцентной уверенностью говорить о том, что провайдеры получат возможность давать приоритет трафику с собственных или партнерских сервисов и ограничивать скорость доступа к прочим ресурсам (всем, кто не заключит с провайдером возмездный договор, разумеется), а государство — возможность ограничивать скорость доступа (а то и вовсе блокировать) трафик с тех ресурсов, которые вам видеть не положено.

Неутешительные. Нужна ли кодификация в сфере телекоммуникаций — это вопрос скорее к профессионалам отрасли, и они в массе своей считают, что нет, не нужна. Нужно идти другим путем — совершенствовать действующее законодательство, унифицировать терминологию и совершенствовать судебную практику, а не принимать очередной закон с сомнительными перспективами по части работоспособности. С телеком-специалистами согласны и правоведы — кодифицировать такую ограниченную сферу правоотношений смысла нет, к тому же это малореально.

Но иначе считают крупнейшие медиамагнаты и правительство, у которых очень успешно получается дружить — с печальными для всех нас результатами. Исходя из истории инициатив Медиа-коммуникационного союза и того, как удачно эти инициативы по защите граждан и интернета превращаются в защиту граждан от интернета, лично я не верю в то, что кодекс будет приниматься для исполнения декларируемых целей. Его создание предсказуемо приведет к новым ограничениям конкуренции на рынке IT и новым ограничениям гражданских свобод.

И главная проблема здесь даже не в нарушении прав и ограничении свобод. Телеком-лоббисты ведут себя как бомжи, влезшие в загородный дом: спиздили на рубль, зато на двадцать рублей побили окон и потоптали ковров. Отсутствие свобод коммуникации, отсутствие честной конкуренции (особенно в такой сфере, как высокие технологии) приносят выгоду конкретным людям, лишая всю страну перспектив, лишая нас и наших детей будущего, лишая возможности войти в новый дивный мир на правах лидера и обрекая нас на вечное отставание и вечные попытки догнать хотя бы аутсайдеров.

blog comments powered by Disqus

Добавить комментарий



О проекте Спутник

"Спутник и погром" - Американско-израильский информационный проект по высмеиванию революционной ситуации в России 2014 года. Активно публикует уникальные материалы с целью вызвать национальную ненависть среди русскоязычного народа.

Последние новости

 

Революция 5.11.2024